Фото: предоставлено автором
Мария Вершинина
В Пермь?..




В Пермь нужно приезжать слегка уставшим от жизни. После бурь. Философом. Тогда город, как хороший чай, раскрывается и бодрит.

Мне было 17, когда я после первого в жизни серьезного испытания Москвой оказалась в Перми. Сначала ненавидела провинциальную архитектуру, провинциальный стиль, провинциальный нейминг. Смеялась в голос от названий театра «У Моста» и аптеки «У цирка». Мечтала выбраться отсюда поскорее. Но вдруг начали появляться пермские люди и пермские истории, и я полюбила город…

Например, друг рассказывал впечатлившую его историю о том, как в 90-х один актер, гостивший у театра «Отражение» и Андрея Гарсии, показывал этюд с названием «Маньяк»: просто сидел на стуле и медленно, с наиглубочайшим наслаждением рвал газету. Это был никому не известный тогда Евгений Гришковец. Недавно в его «Театре отчаяния» вычитала впечатление от той поездки: «Город Пермь я полюбил сразу», «Пермь вообще…показалась нам… городом довольно мягким, улыбчивым и дружелюбным. В Перми чувствовалась глубина и серьёзное человеческое содержание».

Мне кажется, в Перми хорошо переосмысливать жизнь, менять траекторию, смотреть в лицо своим настоящим желаниям. Становиться собой.

Примерно это произошло с Борисом Пастернаком, который приехал в Пермский край незрелым юношей, не знающим, какому из своих талантов дать ход, а уехал поэтом. И с Марком Захаровым, который именно здесь начал заниматься режиссурой: «Я был пассивный среднестатистический москвич, энергетически плохо заряженный. А в Перми началась какая-то перестройка в организме… Если бы я не поехал в Пермь, думаю, сценарий моей жизни был бы другим».

Пермь не терпит неискренности. Именно поэтому новое искусство М.Гельмана здесь приживалось с трудом и сопротивлением. Зато настоящее творчество, если случается, то случается самобытно, масштабно и… достаточно скромно: Каменский, Давыдычев, Иванов, Данской, Чичерин. Со скромностью легко сочетается любовь героев нового времени к самоиронии: «дак это Пермь», реально, пацаны!

В Перми, безусловно, легко застрять. По-чеховски. Потому что Пермь – испытание, которое все-таки нужно пройти. Но награда в этом испытании достойная – ты сам.
наши
партнеры